May 1st, 2020

РНТО

В ПРЕДВЕРИИ...

У последней черты...

В ПРЕДВЕРИИ ПЕРВОГО МАЯ 1945 года...
Для описания битвы в тот день дам слово тем, кто вел советские войска вперед.
Командующему 1-м Белорусским фронтом маршалу Георгию Константиновичу Жукову хорошо запомнилось: «29 апреля в центре города развернулись наиболее ожесточенные сражения.
На ратушу наступали 1008-й стрелковый полк (командир полковник В.Н. Борисов) и 1010-й полк (командир полковник М.Ф. Загородский) 266-й стрелковой дивизии… Наших воинов, наступавших при поддержке танков, самоходной артиллерии, встретил такой шквал огня, что продвижение по улице стало просто невозможным.
Танк ИС-2 Героя Советского Союза гвардии капитана Ф.А. Липаткина поддерживает пехоту в бою на берлинской улице, апрель 1945 г.

Источник фото: Газета «Вечерняя Москва» №100 (6465)
Тогда решено было пробиваться к ратуше через стены зданий, делая проходы в них взрывчаткой. Под огнем противника саперы закладывали тол и одну за другой взрывали стены домов. Еще не успевал разойтись дым от взрывов, как в проходы бросались штурмовые группы и после рукопашной схватки очищали от неприятеля здания, прилегающие к ратуше.
Вид на поврежденный бомбардировками Берлинский кафедральный собор с высоты птичьего полета, лето 1945 г. За каналом видно здание Красной ратуши.

Источник фото: http://waralbum.ru
Советские пулеметчики продвигаются вдоль горящего дома на улице Берлина, апрель 1945 г.

Источник фото: http://waralbum.ru
В бой были введены танки и тяжелые самоходные орудия. Несколькими выстрелами они разбили тяжелые железные ворота ратуши, проделали пробоины в стенах, одновременно ставя дымовую завесу. Все здание заволокло густым дымом…
Быстрый успех, который был достигнут в сражениях за центр Берлина, явился следствием умелой организации взаимодействия между армиями, наступавшими с востока, северо-востока и севера…
Сражение в Берлине подошло к своему кульминационному моменту. Всем нам хотелось покончить с берлинской группировкой к 1 мая, чтобы порадовать наш народ. Но враг, хотя и был в агонии, все же продолжал драться, цепляясь за каждый дом, за каждый подвал, за каждый этаж и крышу.
Несмотря на ожесточенное, но бессмысленное сопротивление, советские воины брали квартал за кварталом…
С утра 29 апреля и всю ночь на 30 апреля шли ожесточенные бои в непосредственной близости от рейхстага. Части 150-й и 171-й стрелковых дивизий готовились к штурму рейхстага».
Советские танки и другая техника у моста Мольтке (Moltkebrücke) через Шпрее в районе рейхстага, апрель 1945 г. В кадре танки ИС-2 и Т-34-85, 152-мм гаубицы, на переднем плане легкий артиллерийский тягач Я-12.

Автор фото: Владимир Гребнев
Источник фото: http://waralbum.ru
С южной стороны свои войска вел Василий Иванович Чуйков, командовавший 8-й гвардейской армией 1-го Белорусского. В своих воспоминаниях он дает объяснения тем, кто и сейчас задает вопрос, почему де Берлин брали так долго? Генерал, защитивший Сталинград, кое-что понимал в боях в городе. «За четверо суток наши части прорубились сквозь стены и каменные завалы к центру Берлина. Мы прошли за это время 12 километров. Армия Паулюса, наступая в Сталинграде, имела более выгодные позиции, чем мы здесь, но за сто с лишним дней не преодолела и половины того расстояния, которое мы преодолели за четверо суток.
За час до начала артподготовки знаменщик 220-го гвардейского стрелкового полка 79-й гвардейской стрелковой дивизии сержант Николай Масалов принес Знамя полка к Ландвер-каналу. Его сопровождали два ассистента. Гвардейцы знали, что перед ними главный бастион фашистской столицы, знали, что здесь находится Гитлер и главный узел связи, через который главари третьего рейха еще продолжают руководить своими войсками, вынуждая их вести бессмысленные кровопролитные бои.
Путь к центру Тиргартена с юга преграждал глубокий с отвесными бетонированными берегами канал. Мосты и подступы к ним густо заминированы и плотно прикрыты огнем пулеметов. Только дружным и стремительным рывком можно преодолеть этот грозный и опасный рубеж.
От Ландвер-канала к имперской канцелярии, в подземелье которой укрывался Гитлер, пробивались части 5-й Ударной армии. Подступы к имперской канцелярии обороняли батальоны особой бригады лейб-штандарт "Адольф Гитлер". Командовал бригадой верный слуга Гитлера, матерый нацист Монке.
Гвардейцы начали мелкими группами выдвигаться к рубежу атаки…
Захватив несколько небольших плацдармов на той стороне канала Ландвер, войска армии начали штурмовать Тиргартен с юга. Острие удара всех частей, в том числе и наступающих с севера, запада и востока, было направлено на центр острова, где находилась имперская канцелярия - объект 153, - оттуда все еще шли приказы о продолжении бессмысленной борьбы.
Территория Тиргартена напоминала сильно вытянутый эллипс - восемь километров в длину и два в ширину. Это все, что осталось от фашистской империи, - остров, охваченный огненным кольцом, которое неумолимо сжималось...
Групповой портрет советских танкистов на броне тяжелого танка ИС-2 в берлинском парке Тиргартен, май 1945 г. Позади виден памятник фельдмаршалу Альбрехту фон Роону (Albrecht Theodor Emil Graf von Roon, 1803—1879).

Источник фото: http://waralbum.ru
Севернее имперской канцелярии, около Бранденбургских ворот, находится рейхстаг - высокое здание с куполом. Оно было повреждено прямыми попаданиями бомб и теперь представляло собой массивную коробку, удобную для обороны.
Оперный театр, дворцы, музеи - все это гитлеровцы превратили в опорные пункты и мощные узлы сопротивления.
Каждый шаг здесь стоил нам труда и жертв. Бои за этот последний район обороны третьего рейха отмечены массовым героизмом советских воинов. Камни и кирпичи развалин, асфальт площадей и улиц немецкой столицы были политы кровью советских людей. Да каких! Они шли на смертный бой в солнечные весенние дни. Они хотели жить. Ради жизни, ради счастья на земле они прокладывали дорогу к Берлину через огонь и смерть от самой Волги.
Советский танк Т-34-85, подбитый на улице Берлина, апрель 1945 г.

Источник фото: http://waralbum.ru
Два дня - 29 и 30 апреля - войска фронта, преодолевая возрастающее упорство противника, особенно батальонов СС, все глубже вгрызались в правительственные кварталы Берлина. Войска 8-й гвардейской армии и 1-й гвардейской танковой генерала Катукова - с юга, войска 3-й Ударной генерала Кузнецова и 5-й Ударной генерала Берзарина - с востока и севера, танкисты 2-й гвардейской танковой генерала Богданова - с запада, войска маршала Конева - с юго-запада.
Вечером, 30 апреля, когда я вернулся со своего наблюдательного пункта в штаб армии в район Иоганнистали, мне позвонил командующий фронтом маршал Г. К. Жуков. Он спросил:
- Есть ли надежда, то к празднику Первого мая мы очистим полностью Берлин?
Я ответил, что, судя по сопротивлению противника, которое, правда, ослабевает, надежды на скорую капитуляцию у меня нет.
На этом наш разговор и закончился. Маршал Жуков не дал никаких указаний, так как знал, что задача нам всем ясна».
К ночи 1-й стрелковый батальон 756-го полка 150-й стрелковой дивизии был уже в непосредственный близости от рейхстага. 22-х летний комбат капитан Степан Андреевич Неустроев занял позицию на своем наблюдательном пункте: «Через полуподвальное окно смотрю вдаль. Ночное небо заволокло дымом, ниже все затянуло заревом пожара. А по самой земле стелется мрак. Впереди - никаких строений. По рации слышу голос Зинченко (командира полка – В.Н.): "Где находишься? Где находишься? Прием. Прием".
Я докладываю не совсем уверенно:
- Я нахожусь в торце дома.
Сам же думаю: "А может быть, это не торец дома, может быть, здание еще уходит куда-нибудь вглубь?"
Полковник приказывает:
- Наступай на рейхстаг. Выходи быстрее к рейхстагу!
Я кладу трубку. В ушах все еще звучит голос Зинченко: "Наступай на рейхстаг. Выходи быстрее к рейхстагу!"
А где он, рейхстаг-то? Черт его знает. Впереди темно и пустынно...
Поднимаю батальон. Иду в темень, под зарево. Справа, совсем близко, застрочил пулемет. Куда он стреляет - не пойму.
В цепи кто-то застонал. Батальон залег. Я вернулся в здание, на свой НП. Не прошло и пяти минут, как из полка поступил новый запрос:
- Вышел, что ли, к рейхстагу? Когда выйдешь? Ведь рейхстаг, Неустроев, от тебя близко, совсем рядом...
С Гусевым склоняемся над картой, рассуждаем. "Дом Гиммлера"... Мы находимся вот на этом углу. Наступать надлежит строго на юго-восток, вроде все верно, но почему огонь справа?
Наконец мы сориентировались. Вызываю по рации командира полка.
- Дайте огонь правее...
Заговорили наши минометы, за ними пушки. Вспышки разрывов осветили местность, но на небольшом расстоянии. После разрывов видимость стала еще хуже. Вокруг черно, как в пропасти.
Гаубица Б-4, приданная 1-му стрелковому батальону 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии 79-го стрелкового корпуса 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта. Берлин, апрель 1945 г. Командир батальона – капитан С.А. Неустроев, будущий Герой Советского Союза.

Источник фото: http://waralbum.ru
С тревогой я думал о том, что между ротами нет никакой локтевой связи. Во мраке легко сбиться с нужного направления. К тому же люди сильно устали. Наступать в такой обстановке было очень рискованно
Продолжение см. здесь - https://28.russkiymir.ru/m18?fbclid=IwAR1iwI2tLdRpSUKbQIJChFW53ggXsiW1OVOHpmjr7gQwXgaawYAmZuth1Vk
P.S - ...и как результат...


С ПервоМаем!